Александр Никонов. Сказки




Есть такое хорошее слово - "римейк", то есть пересказ старого сюжета на современный лад. Так сказать, в новой оркестровке. Очень популярный жанр! Книжку "Идиот" Достоевского вот недавно в одном издательстве издали в виде римейка - действие происходит в современной России. Говорят, очень смешно получилось. Про старика Хоттабыча новая книжка вышла. Режиссер Кара-Мурза хочет восстановить бондарчуковскую "Войну и мир" со звуком "долби сараунд" и, коворят, даже в стереоварианте... В общем, популярно. Вот я и подумал, а отчего бы русские народные сказки не реанимировать? И начал с "Ивана-царевича и серого волка".

ВАНЬКА-С- ПРЕСНИ

У одного чувака было три сына. Так, три кента не особо умных, зато начитанных. Чувак же образованием не шибко блистал, но бабули имел изрядно, отпрыски потому нужды не знали, жизнь в онучи не нюхали. Отпрысков звали конкретно следующим образом (в порядке поступления): Петро, Василь и Ваня-с-Пресни.
Все трое энд папа жили в одном королевстве, простиравшемся ровно на одну шестую часть суши. Правда, в результате природных катаклизмов одна шестая усохла до размеров одной седьмой-одной восьмой части суши, ну так и засухи в те годы стояли немеряные.
И вот однажды папка вышел на крыльцо, обвел буркалами окрест и понял, что чего-то недостает. Настроение сразу испортилось, конечно. Это на подсознание давит всегда - потери всякие, необустройство... Даже если сразу не сообразишь, чего спиздили, все равно неприятно.
Дальнейшее обозрение только усугубило ситуацию с настроением. Обнаружилось, что не хватает золотого яблока от Фаберже. В общем, не золота даже жалко, хотя там на полкило, не меньше было, а - вещь попорчена. Стояло себе в саду камней нефритовое деревце семь на восемь, листочки на нем изумрудные, цветочки где янтарные, где из яшмы (розоватые такие), а, главное, яблочки золотые - стояло, никого не трогало. И вдруг - бац, такая херня случилась. Не обидно?
Папа расстроился, не то слово! Сказал, жопу вырвет тому, кто осуществил. Но кто? Вопрос, конечно... Вокруг имения - забор, поверху - колючка. По колючке - ток бежит. Не простой ток, волшебный: раз ебнет - полетят кроссовки по закоулочкам. Два раза ебнет - еще хуже получится. А до третьего раза никогда не доходило. Потому такое волшебство, что 380 вольт. Немалое число для уебона!
Папа решил: беспонтово будет, если такую хитрую тварь да не поймать. Старшого позвал, сказал: "Петь, такое дело, сам видишь, охрана - говно, мышей не ловит. Да и вряд ли мышь полкило утянет. Времена нынче такие пошли - никому доверять нельзя, ты уж сам постереги пару ночей, ага?"
А Петро чего - согласился. Не знал, что со страху опростается в том каменном саду.
Ночь, короче. Тишина. Придурок и уснул. Только снится ему сон. Следующего содержания: ночь, он, типа, не спит. Бдит. И вдруг лезет через колючку, ухватившись за проволоку резиновыми перчатками, жар-птица. Стра-а-ашная-я-я!
Петро передрейфил, поначалу-то просто газы пустил, а под конец и совсем опростался. Любой бы на его месте...
А папка к утру еще полкило не досчитался. И не полкило жалко, а - вещь попорчена. И куча говна еще лежит - от Петра осталась. Кругом неприятности. Сыну в пятак дал - как срезал, только пятки по дуге мелькнули. Параболическая траектория.
Позвал среднего: "Один козел обосрался, папа не рад. Задачу понял?" Тот кивнул, мол, понял, начитанный. Однако, тоже не сильно отличился, надо сказать...
Как стемнело, Василь тоже уснул. И снится дураку сон. Следующего содержания: ночь, он, типа, не спит. Бдит. И вдруг видит - лезет через колючку в резиновых перчатках жар-птица. Е-о-о! Василь хочет крикнуть, мол, грабють, а язык словно к жопе прирос... Не знаю, может, газом она каким усыпляла наших ребят...
Короче, утром та же картина - параболическая траектория. Папа в гневе. Зовет мелкого,тот ему сразу: "Сделаем, папенька! Чай, не лохи!"
А сам, чтобы не уснуть, отрезал себе веки и бросил их на хер на навозную кучу, сделанную из полудрагоценного камня агата, слегка кислотой подтравленного для натуральности. Кстати, там, где он веки бросил, потом чайный куст вырос, откуда и чай пошел, как напиток, но это уже неточные сведения...
Прикиньте - ночь, яблоки от Фаберже качаются. Луна там чего-то светится. И вдруг - дзынь-дзынь. Это проволока зазвенела. Птица лезет! Перчатки, все... И рукой в перчатке за яблоко - цоп! Ванька-с-Пресни только воздуху в грудя набрал, чтобы сирену сделать, а эта тварь увидела, что сейчас заорет - и деру. Ванька за ней, за жопу ее хвать! Часть жопы в руке и останься.
Наутро хозяин из-под одеяла вылез - и в сад, урон оценить. Яблока нет. Только хотел очередной урок математики по параболам организовать, уже кулак сжал, а Ванька-с-Пресни ему: "Папенька, не изволите ли поглядеть?" И кусок жопы диковинной ему на ладоньке.
Папа, конечно, припух. Ни хера себе! Никогда не видел, чтобы жопу так отрывало! Как клешню у краба. А Ванька-хитрец дальше пошел - зазвал отца в темный чулан, дверцу прикрыл и снова ладошку отверз. Отец ахнул. Жопа-то светится!
Радиация!
Померили - нет. 15 микрорентген, как положено. Фон. Значит, точно - жар-птица чудесная! И с тех пор потерял папа сон - все жопа ему мерещилась. И так он ее поставит, и сяк, и к глазу поднесет. В конце концов не выдержал чувак, вызвал всех троих своих отпрысков, достал жопу, в платочек завернутую, и дал цэ у:
- Так. Сверим часы. Чтоб духу вашего тут не было через пять минут! Все собрались по-солдатски и мелкой рысью в разные стороны за остальными частями. Без жар-птицы не возвращайтесь.
Делать нечего, разошлись наши раздолбаи. Дошли до перекрестка, а там - светофор. Петро пошел по красной дороге, Василь по желтой, а Ванька-с-Пресни по зеленой.
Долго ли, коротко ли Ванька шел, настала ночь. Решил немного соснуть. Но соснуть не у кого было, и он так лег. Наутро проснулся, глядь - коня нет. Его и раньше не было, но разве спросонья сообразишь! Кинулся Ванька коня искать, решил: по раскручивающейся спирали пойду, как китобойные суда китов ищут. И пошел, пошел... Ни хрена, конечно, не нашел. Только через два часа опомнился, сел на пенек, стал есть пирожок. И вдруг слышит голос:
- Вань, а Вань! А ить это я твоего коня съел.
Кровь Ваньке в голову ударила, выхватил он кастет, вскочил с пенька - ну, кого тут мочкануть на раз? Видит, стоит перед ним Велосипедист.
- За коня я те щас башку пробью, - размахнулся Ванька и тут сообразил: не было коня-то у него! Отмяк Ваня, кастет обратно в карман сунул. - Ладно, хрен с тобой, живи, говно.
- Добрый ты, Ваня, - сказал Велосипедист. - За доброту твою я тебе помогу. Ты куда идешь?
- Жар-птицу искать, у которой полжопы оторвано.
- Знаю такую. Садись на раму, поехали.
Ванька сел на раму да жестко ему показалось.
- Че-то жестко у тебя.
- Ниче, поначалу все так говорят, - беспечно сказал Велосипедист. Видно, опытный попался.
А через неделю Ванька и действительно привык. И вот приехали они к границе с Польшей. Видит Ванька - неимоверный дворец стоит. Видно, королева Яжижка там живет. А Велосипедист ему и говорит:
- Такое дело. Вот тебе фальшивый пропуск, минуешь охрану, подойдешь к складу. Вот тебе фальшивая накладная, потребуешь жар-птицу. Возьмешь ее и ни слова не говоря проследуешь к выходу. Там снова пропуск - и на волю с чистой совестью. Все должно гладко пройти, пропуска хорошие, их еще в гестапо делали. Только об одно прошу: никого там на хер не посылай, пожалуйста.
- Базара нет.
Прямой походкой Ванька подошел к проходной, чик-чик - прошел. Мимо пакгаузов, к складам. "Где завскладом?" Девки прыснули:"Сейчас пысает. Скоро подойдет." И точно, подошел такой мужичок невзрачный. Дал Ваня ему бумагу накладную, расписался, где положено, жар- птицу получил на руки и к выходу направился. Все, как этот учил... И уже из ворот выходил, как вдруг захотелось ему послать всех на хер. Не сдержался Ваня и говорит:
- А шли бы вы все на хер!
Люди обиделись, конечно. Прибежала стража, отмудохали Ваньку по первое число, птицу отобрали, а самого на кичу. А там таких - трое на квадратный метр. "Че, паря, - спрашивают. - Не сдержался? Послал ментов?"
"Да я тут временно, только адвокат мой придет, сразу недоразумение разъяснится." - начал Ваня обычную в таких случаях пургу гнать.
"Хрена! - ответили добрые люди в камере. - 137-я тебе светит, "Посылание на хер государственных служащих". До десяти лет, если без отягчающих."
Расстроился Ваня. Не ожидал такого явно. И тут его к главному начальнику вызывают:
- Ваня, ты, говорят, сын короля? Большая шишка. Чего ж ты законы нарушаешь? Зачем всех на хер послал?
- Да рожи у них такие были, что... Не сдержался, в общем.
- Ну, ладно, - говорит начальник. - Рожи тут действительно... В зеркало не глянешь спокойно... Но проблему решать надо как-то. У тебя тут такая альтернатива вырисовывается: либо на червонец, либо на спецзадание.
- А чего за задание?
- Нашей королеве Яжижке очень хочется Безразмерного. Поди туда, не знаю, в общем, куда и принеси. Тогда освобожу.
- Как же я пойду, если ты меня только потом освободишь? - не понял Ваня. Не догадливый был, хоть и начитанный.
- Да я тебя сейчас освобожу. Иди, если согласен. Но учти: задание опасное.
- А если я уйду сейчас, то где у тебя гарантия, что я не сбегу, а отправлюсь на спецзадание?
И тут такой психологический очень момент настал, когда кто-то кого-то должен был переиграть на нервах. И тут начальник выдает свою коронку:
- А про жар-птицу забыл? Принесешь Безразмерного, получишь птицу.
Эх, кабы не жар-птица, поехал бы Ваня домой! А тут вышел за пределы дворцовой крепости и говорит Велосипедисту: так и так. Придется, мол, добывать этим козлам Безразмерного.
Надо признать, рассердился слегка Велосипедист, коротко матюгнулся, мать ванину вспомнил, деда его, братьев, папеньку неугомонного, питекантропа, от которого весь ванин род произошел. Только потом успокоился.
- Ладно. Черт с тобой. Садись, поехали, знаю я тут одно место, есть там искомое...
Долго ли, коротко ли ехали, но подъехали к китайской границе. Остров Даманский. Огляделся Ваня - красота! Стоит крупный, значит, дворец. Красивый. Отчетливый такой дворец. А Велосипедист пальцем на него показывает и говорит:
- Как стемнеет, пойдешь вот по этой тропочке мимо дворцовых сортиров. Нос лучше зажать там, когда мимо проходить будешь... Дальше - охраняемая территория. Вот держи пропуск с полосой и наряд-заказ на реставрацию экспоната в"- 13. Это он и есть. Возьмешь, сразу дуй на выход. На выходе опять покажешь пропуск и наряд-заказ, на котором тебе поставят печать и дату выноса. Распишешься. И выйдешь. Просто выйдешь и все. Я тя тут ждать буду на всех парах. Усвоил?
- Да. Нехитрое дело.
- Только одно условие. Будешь выходить, жопу никому не показывай. Здесь не принято.
- Да что я, идиот? Когда я кому жопу заголял? Скажешь тоже!
- Я так, на всякий случай - предупредил.
Пошел Ваня по заветной тропочке, мимо сортиров вонючих, мимо ив плакучих. Показал все документы, получил Безразмерного, положил в жилетный карман и направился к выходу. Все прошло без сучка, без задоринки. Эти лохи даже ничего не заподозрили! И вот, когда уже подходил Ваня к выходу, захотелось ему жопу всем показать, прямо удержу нет. Повернулся Ваня спиной к охранникам, быстро ремень расстегнул, ловко порты стянул и слегка пригнулся, чтобы совсем уж было все по форме. И - паразит какой! - даже по ягодице похлопал ладошкой.
Скрутили его, естественно. Трофей отняли. Наваляли, не без этого. Бросили в зиндон. Оглянулся Ваня, а в зиндоне-то народишшу - прорвишша! Только что не на головах сидят друг у дружки. И пахан кривой да горбатый рычит Ване:
- Щас и тебе на голову сядем, дистрофан!
Ваня, чего греха таить, перетрухнул малость, но виду не показал, наоборот - стал хорохориться: "Ты, старый козел, на меня - царского сына понты бросаешь! Да я те пейсы на уши накручу и моргать заставлю! Да я..." Договорить не успел, потому что пахан кривой к нему подошел и хряпнул по загривку. Один раз. Ванька возьми да упади. Тут-то ему на шею и сели. А чего поделать - тесно в зиндоне.
С утра, проморгавшись, Ваня уже со всем почтением к пахану кривому подкатился, мол, здравствуйте, дяденька, не найдется ли хлебца, покушать хоцца. Пахан с утра добрый был, бить не стал, только спросил, за что Ваньку замели. Уж не за жопу ли?
- Как догадался, дядька?
- Да морда у тебя больно плутоватая. И щеки как ягодицы...
Не долго томился Ванька в зиндоне, чужой тушей придавленный. Быстро пробили его по компьютеру, выяснили, что царский сын. Начальник только спросил, укоризненно пальцем покачав:
- Вам тут что, блин, медом намазано, все жопу приходите показывать?
- Да я б сам вовек не догадался! - спроста воскликнул Ваня.
- А кто подзуживал? Сообщник?
Ваня понял, что проболтался, решил схитрить:
- Да нет. Павиан мимо пробегал, красным задом мелькнул. Вот и навеяло.
- Ладно, - говорит начальничек-ключик-чайничек. - Так сделаем: либо по нашему закону ты сидишь в зиндоне пять лет, а больше трех там никто не высиживал - помирали все, потому, кстати, и пенитенциарная система у нас щадящая, больших сроков не даем... либо идешь на спецзадание.
- Где-то я это уже слышал... А какое задание?
- А простое. Нашему императору половой партнер нужен. Красоты неписанной. Ума необыкновенного. Звать Кандей.
- Мужик что ли? - не понял Ваня.
- Да какой мужик! - возмутился начальничек-ключик-чайничек. - Юноша! Красивый, гладкий... Чего смотришь? Или худое что хочешь сказать про нашего императора?
- Я? Не! Не! Это его проблемы, мне-то что! Сейчас, говорят, так даже модно... А проблема-то в чем?
- А проблема в том, что Кандея-юношу султан Брунея Ахмет III замуж отдавать не хочет. Сколько раз мы уже сватов засылали - никто не вернулся. Так что давай. А как Кандея доставишь, получишь Безразмерного и - катись на все три стороны.
- Почему на три?
- Потому что ты в четвертой...
Делать нечего, вышел Ванька из крепости, направился к Велосипедисту да все ему рассказал. Тот даже ругаться не стал, только крякнул отчетливо. Но помочь снова согласился. Наверное, потому, что велосипедный спорт приучает к упорству и повышает мужественность.
Долго ли, коротко ли ехал Ванька на раме, только приехали они к морю ледовитому, окияну северному. Глядь-поглядь, а на берегу блядь.
- Мужчина, - говорит блядь Ване. - Угостите даму сигаретой!
А тому и сказать нечего: когда он от папы уезжал, сигареты еще не изобрели. В общем, зажевал как-то вопрос, спросил только:
- А где тут султан Ахмет III?
- Насколько я слышала, в Брунее, а что?
- А Бруней где?
- Ну вы, ребят, даете! Бруней - это вообще хер знает где! В другую сторону совсем.
Велосипедист тут слегка смутился и говорит:
- Чего-то я напутал, значит. Странно. Обычно со мной такого не случается. Ну, ладно. Ты, баба, заработать хочешь?
- А то!
- Погоди, погоди, трусы не снимай! Тут другое дело, умственное. Мы тебя переоденем в юношу Кандея! Ты как на это?
- Клиент всегда прав. Можете связать даже. Я привычная...
Ну и прекрасно! Переодели бабенку в Кандея. Ванька и говорит:
- Велосипедист, ты полагаешь, китайский император не отличит девушку от юноши?
- Об этом я не подумал, - ответил Велосипедист. - Тогда сделаем по-другому...
Посадил он Ваньку и бабенку на раму и поехали они в другую сторону. Но не в китайском направлении. Долго ли, коротко ли ехали, вдруг смотрит Ваня - стоит посреди песка дворец ненаглядный, в дымке переливается.
- Это мираж, - сказал Велосипедист. - Настоящий дворец слева.
Повернул Ваня голову, а и вправду - стоит дворец. Красивый, между прочим, в восточном стиле. Сразу видно - на нефтяные шальные деньги строенный. Разве трудовой царь такую роскошь станет возводить? Чай, не баре...
- Так, - говорит Велосипедист Ване. - Методом индукции я понял, что ты кретин. Причем, редкий. Даже не обижайся, Вань, это я не со зла, так просто, констатирую. Поэтому так сделаем - я сейчас посажу эту лярву на раму, сам свожу во дворец, обменяю на Кандея, а ты жди меня здесь. Только смотри, не жри песок.
И умчался. Пока он там дела промышлял, Ванька дурью весь измучился, с тоски чуть не взвыл от нечего делать. И захотелось ему вдруг нестерпимо песку поесть. Сам себя ругает, клянет - но удержу нет. Волосы пробовал даже рвать (и не только на голове), но потом рукой махнул: а, будь что будет! Не жили хорошо, так и нечего привыкать! Зачерпнул пригоршню песка и давай жрать. На зубах хрустит, во рту пересохло, горло дерет, на желудке будто камень лежит - а поделать с собой ничего не может, давится, но есть. А через минуток 15 подъехал легонько Велосипедист. Только песочек под шинами зашуршал. А на раме у Велосипедиста юноша сидит красоты необычайной. Глаза - озера, губы - рубины, нос - утес. Вот только с именем не повезло...
Смотрит Велосипедист на Ваньку, а у Ваньки взгляд всклоченный, дикий - так со всеми бывает, кто песку обожрался. Велосипедист плохого не сказал, не заругался, только усмехнулся горько. Понял Ванька, что разыграл его Велосипедист, но обижаться уже сил не было.
Икнул он и взгромоздился на раму, рядом с Кандеем. И поехали они в китайскую сторону. А в китайской стороне Ванька предложил такой план: Велосипедист ворвется во дворец с Кандеем на большой скорости, быстро ухватит Безразмерного и тикать!
- А когда Кандея сбрасывать? - не понял Велосипедист.
- А никогда. И Кандея получим, и Безразмерного!
Обдумав этот план, Велосипедист нашел его приемлемым.
- Может, и я с тобой поеду? - попросился Ванька. - Посмотрю еще раз напоследок в их наглые китайские хари.
- Да ну, - отмахнулся Велосипедист. - Чего лишний груз-то катать? Здесь подожди.
И умчался с Кандеем. Операция прошла удачно. Так что к польской границе друзья подъезжали уже не только в Кандеем, но и с Безразмерным в жилетном кармане.
- Ну, Ванька, - сказал Велосипедист. - Иди меняй Безразмерного на жар-птицу.
- У меня есть план иного рода! - поднял палец Ванька.
План заключался в следующем: Велосипедист с Кандеем влетает на полной скорости в крепость, хватает жар-птицу и быстро уматывает.
- Да заодно уж и царевну Яжижку прихвати, - догадался напоследок Ванька.
- Не вопрос, - пообещал Велосипедист. - Если под руку попадется, чего не взять...
Сработал аккуратно, надо сказать. Без сучка, без задоринки. Мужественный человек!
И вот едут они вчетвером домой, на Родину - Велосипедист, Ванька, Кандей и принцесса Яжижка. У Ваньки в руках жар-птица сияет. Вдруг видят - что такое? Впереди море-окиян, льдины о берег трутся, а на берегу - блядь та самая.
- Ты куда завез? - не сдержался Ванька. - Опять она!
- А у меня на это дело нюх, - ответил Велосипедист. - А ты, Вань, не беспокойся, крюк небольшой, сейчас подхватим девку и к тебе. В баньку сходим, за честным пирком погуляем дня три-четыре. О-кей?
- О-кей! - Махнул рукой Ванька. - Делай, что хошь, только быстрее: папеньку мово увидеть зело хоцца.
Долго ли, коротко ли они ехали к дому, только повстречали братьев Ванькиных - Петро и Василя. Петро и Василь, увидев столько богатств у Ваньки, конечно, убили бы его, а трофеи себе забрали, но при такой толпе народу постеснялись. Да и шуганулись слегка: как бы самих не порвали на портянки!
А Ванька, не зная ихних мыслей злых, предложил подбросить братьев до дому. А чего пешком-то корячиться?
Так и подъехали к Родине. А папа ихний, когда эдакую толпу увидел, аж прослезился, сказал такие слова:
- Вань, я все понимаю - жар-птица там, Безразмерный, Яжижка - вещи хорошие, - тут он снизил голос и покосился на Кандея. - А этого-то пидора зачем привез?
- Ах, папа, жалко было трофея терять! Да и пригодится на что-нибудь, - ответил Ванька, глянул на Кандея и странно улыбнулся...

Тут и сказке конец, потому что в подробностях описывать дальнейшее мы не станем, на то есть специализированные издания - "Хастлер", "Кэтс" и прочие. Они сейчас везде продаются и стоят недорого...


далее: ТРИ ПОРОСЕНКА >>

Александр Никонов. Сказки
   ТРИ ПОРОСЕНКА